читаем классику

Кто нужен 22-му веку (Стругацкие. Отрезвляющий полдень [1])

Владлена Дмитриева
В то время, когда творили братья Стругацкие, слова «22-й век» звучали очень «по-будущному». 22-й век – это было так далеко! Для фантастических изменений человечества оставалось так много времени.

Но вот уже 21-й век разменял второй десяток. По историческим меркам до 22-го осталось всего ничего. Герои произведений, «поселённые» фантастами в начало нашего века, уже совершили ошибки, которые мы только начали совершать. В следующий век они смогли перейти, только осознав их и сделав выводы. А там – опять моральные дилеммы. И никакой гарантии безошибочности. Как говорит навестивший исследователей 22-го века их «отдаленный потомок»: «если вы будете такими, какими собираетесь быть, то и мы станем такими, какие мы есть. И какими вы, следовательно, будете» [2].

Книги Стругацких сложно экранизировать. В них нет «экшена». Диалоги, размышления, отношения, решения моральных проблем в антураже фантастики. Принято восхищаться знаменитым «Сталкером» [3] А.Тарковского. Но, положа руку на сердце, – сложно выдержать все минуты экранного времени с неослабевающим вниманием. При том, что главного героя режиссер «обинтеллигентил», сделал более тонким и нервным. В романе сталкер – тот самый «простой парень». Представитель «народа» и «простых людей», в любви к которым так любят клясться политики. Наш герой не обременен воспитанием, образованием и духовными поисками. Житель маленького городка (сейчас такие города мы называем «депрессивными»), не видевший мира и другой жизни. В меру криминализированный. Любящий семью и зарабатывающий небольшие деньги на тяжёлой, опасной и не очень законной работе. Ему многое не нравится, он может ненавидеть определённых людей. Окружающую реальность воспринимает как данность. И - никаких революционных намерений. Конечно, он думает об улучшении жизни - в границах своей семьи. Тем ценнее изменения, которые происходят с обычным сталкером.

Если при экранизации осовременить содержание произведения или добавить экшена и спецэффектов – получится симпатичная новогодняя шутка «Чародеи» [4] либо блокбастер «Обитаемый остров» [5]. Но – без Стругацких.

Главный герой «Обитаемого острова», 20-летний Максим ещё не пережил соответствующих возрасту личностных изменений. В его мире участвовать в Группе Свободного Поиска в 20 лет – это как «подзадержаться» в игре в пиратов. « Взрослые солидные люди в Группу Свободного Поиска не идут. …Учитель при встрече спросит только: «Ты все ещё в ГСП?» - и переведет разговор на другую тему, и лицо у него будет виноватым и печальным, потому что ответственность за то, что ты все ещё в ГСП, он берёт на себя, а отец скажет: «Гм…» - и неуверенно предложит тебе место лаборанта; а мама скажет: «Максик, но ты ведь неплохо рисовал в детстве…»; а Дженни скажет: «Познакомься, это мой муж» [6].
Максим искренне не понимает устройство жизни на Саракше и психологию людей. Он привык к совершенно другой данности. При этом молодой Каммерер с энтузиазмом бросается всё изменять и спасать. Ощущения и «ломка» спасаемых становятся для него полной неожиданностью: «Вот оно как, подумал Максим. Это не так просто, как я думал» [7]. Светлые побуждения «Мака Сима», не подкреплённые знанием, обрекают его лучшего друга на мучения: «…мир был серым, бесцветным, сухим, в нём не было места радости, не было места движению жизни, всё было тусклое и больное. Не хотелось думать, не хотелось ничего видеть и слышать, даже спать не хотелось, - хотелось просто положить голову на стол, опустить руки и умереть. Просто умереть - и всё. ... Глаза бы всего этого не видели, сдохнуть бы сейчас или завыть последней бездомной собакой…» [8]. Революционные действия Максима провоцируют кризис на Саракше с очень тяжёлыми последствиями. В преодолении кризиса он принимает самое активное участие. Через несколько лет земляне отменят ГСП и признают ошибкой идею прогрессорства. Об этом рассказывает «внероманный» персонаж, историк, работающий в 23-м веке, Сергей Переслегин [9].

Как же сложно не вмешиваться, когда знаешь, что может быть другая жизнь! И уверен, что она должна быть. А вместо этого «нормальный уровень средневекового зверства» [10] становится «счастливым вчерашним днём Арканара» [10] («Трудно быть богом»). «Всё, что хоть немного поднимается над серым средним уровнем, оказывается под угрозой» [11] . Теряет надежду дон Румата – сотрудник Института экспериментальной истории Антон. На его глазах неотвратимо расцветает фашизм. И никакая технология с экономикой не может быть гарантией гуманистических ценностей. «Можно дать им всё. Можно поселить их в самых современных спектроглассных домах и научить их ионным процедурам, и всё равно по вечерам они будут собираться на кухне, резаться в карты и ржать над соседом, которого лупит жена. И не будет для них лучшего времяпровождения. ... Рэба - чушь, мелочь в сравнении с громадой традиций, правил стадности, освященных веками, незыблемых, проверенных, доступных любому тупице из тупиц, освобождающих от необходимости думать и интересоваться» [12]. «Благородный дон Румата» не бог. Антон по-человечески срывается и переступает черту. Он заливает кровью всё вокруг себя («видно было, где он шёл» [13]). Но то, что «освящено веками» остаётся неизменным и после эвакуации Антона на Землю.

Непобедимость врага – не самое страшное. Теоретически врага всегда можно победить – приобретя более высокие «кондиции» и компетенции. Может быть, победитель рождается в другое время, не в одно и то же с врагом. Шокирует открытие, что конкретного врага, того, с которым можно бороться конкретными понятными испытанными методами не существует.

Два разных произведения: «За миллиард лет до конца света» и «Хищные вещи века» сходятся в одном. В обоих произведениях главные герои ищут злобного врага и находят его отсутствие. В «За миллиард лет до конца света» против героя действуют законы Мироздания. В «Хищных вещах века» - особенности индивидуальной и социальной психологии.

Опытный агент, успешно работавший под прикрытием, старательно ищет наркомафию и боевиков [14]. Ведь в городе-зоне отдыха люди становятся зависимыми от наркотиков, погибают, а внедрённые агенты не выходят на связь. Поиски ничего не дают. Потому что Иван понимает, что нет никакой мафии, нет боевиков. Есть привычная присказка-напутствие: «И ни о чём не думайте!». Есть «средних размеров страна, где изобилие было когда-то целью, да так и не стало средством» [15]. Есть люди, которые не чувствуют себя изнывающими под игом преступности и не хотят, чтобы их освобождали. Есть город, в котором известному планетологу поставлен памятник не за его исследовательскую деятельность, а за то, что он впервые в истории этого города сорвал банк в электронную рулетку.

Начальники главного героя – лица и души в шрамах – преданы «простой истине»: «если есть преступление, значит, есть и преступник» [16]. Как ужасную ересь, выслушивают они слова Жилина о том, что не нужно никакого десанта, спецназа и боевой операции. Его конкретное предложение - «столетний план восстановления и развития человеческого мировоззрения в этой стране».

Идеей о необходимости эволюционного развития со Стругацкими перекликается «Час быка» И.Ефремова. Часть человечества, улетевшая с Земли во времена катастрофы и жестокой войны, сохранила, «законсервировав», психологию своих современников. В результате на новой планете улетевшие опять построили тоталитарное государство, подавляющее человеческое достоинство и оказавшееся в состоянии стагнации.

Те, кто остался на Земле и выжил, прошли свой эволюционный путь. И создали непрерывно развивающееся общество, основанное на гуманистических ценностях.

Один из вариантов реального воплощения приверженности гуманистическим ценностям предлагается в «Малыше» [17]. Сначала уважение к индивидуальности демонстрирует совершенно негуманоидная цивилизация. Её представители помогли выжить ребёнку-сироте на своей планете. Не превратив его в «инопланетного Маугли», а сохранив (насколько возможно) человеком. Обнаружившие Малыша земляне пройдут через бесчеловечно-исследовательский интерес к «находке» как к объекту. Пройдут через естественно-человеческое желание спасти сироту, «немедленно вывезти отсюда». А потом выберут решение «не самое эффективное, но самое доброе» [18]. Ради одного (!) Малыша на орбите теперь постоянно находится космическая база. В любое время по инициативе Малыша с ним общаются и отвечают на бесконечные вопросы. Стась Попов: «Главный Информаторий работает на меня, крупнейшие специалисты по самым различным отраслям знания работают на меня, я обладаю правом в любую минуту связаться с любым из них и просить разъяснений – относительно моделирования П-абстракций, обмена веществ у абиссальных форм жизни, методики построения шахматных этюдов...» [19]. И вот уже в высказываниях Малыша о людях начинает звучать слово «мы»...

Ещё один вариант реализует бывший Бойцовский Кот, ныне – просто Гаг, в финале «Парня из преисподней». Вернувшись домой, он молча становится рядом с другими людьми и помогает выталкивать санитарный грузовик из грязи.

Героя, отказавшегося от испытанных методов в пользу непривычных, но адекватных новым условиям жизни, можно поздравить с прохождением «первого круга». Почему первого? Потому что, как говорит Наставник в «Граде обречённом», «их ещё много впереди» [20].
___________________________________________________________________
1. Стругацкий А., Стругацкий Б.М, «Полдень, ХХ׀׀ век».
2. Стругацкий А., Стругацкий Б. Хищные вещи века. Чрезвычайные происшествия. Полдень, ХХ׀׀ век. – М.: АСТ, 2006 (серия «Мировая классика»), стр.665.
3. По произведению братьев Стругацких «Пикник на обочине».
4. Телефильм по мотивам произведения братьев Стругацких «Понедельник начинается в субботу».
5. Фильм по произведению братьев Стругацких «Обитаемый остров»
6. Стругацкий А., Стругацкий Б. Обитаемый остров. Малыш. – М.:АСТ-ЛТД; СПб.: Terra Fantastica, 1997(серия «Миры братьев Стругацких»), стр.14-15.
7. Стругацкий А., Стругацкий Б. Обитаемый остров. Малыш. – М.:АСТ-ЛТД; СПб.: Terra Fantastica, 1997(серия «Миры братьев Стругацких»), стр.244.
8. Стругацкий А., Стругацкий Б. Обитаемый остров. Малыш. – М.:АСТ-ЛТД; СПб.: Terra Fantastica, 1997(серия «Миры братьев Стругацких»), стр.246-247.
9. Стругацкий А., Стругацкий Б. Обитаемый остров. Малыш. – М.:АСТ-ЛТД; СПб.: Terra Fantastica, 1997(серия «Миры братьев Стругацких»), стр.6-7.
10. Стругацкий А., Стругацкий Б. Трудно быть богом. Попытка к бегству. Далёкая радуга.– М.:АСТ-ЛТД; СПб.: Terra Fantastica, 1997(серия «Миры братьев Стругацких»), стр.51.
11. Стругацкий А., Стругацкий Б. Трудно быть богом. Попытка к бегству. Далёкая радуга.– М.:АСТ-ЛТД; СПб.: Terra Fantastica, 1997(серия «Миры братьев Стругацких»), стр.48.
12. Стругацкий А., Стругацкий Б. Трудно быть богом. Попытка к бегству. Далёкая радуга.– М.:АСТ-ЛТД; СПб.: Terra Fantastica, 1997(серия «Миры братьев Стругацких»), стр.91.
13. Стругацкий А., Стругацкий Б. Трудно быть богом. Попытка к бегству. Далёкая радуга.– М.:АСТ-ЛТД; СПб.: Terra Fantastica, 1997(серия «Миры братьев Стругацких»), стр.218.
14. Стругацкий А., Стругацкий Б. «Хищные вещи века».
15. Стругацкий А., Стругацкий Б. Хищные вещи века. Чрезвычайные происшествия. Полдень, ХХ׀׀ век. – М.: АСТ, 2006 (серия «Мировая классика»), стр.195.
16. Стругацкий А., Стругацкий Б. Хищные вещи века. Чрезвычайные происшествия. Полдень, ХХ׀׀ век. – М.: АСТ, 2006 (серия «Мировая классика»), стр.197.
17. Стругацкий А., Стругацкий Б. Малыш.
18. Стругацкий А., Стругацкий Б. Обитаемый остров. Малыш. – М.:АСТ-ЛТД; СПб.: Terra Fantastica, 1997(серия «Миры братьев Стругацких»), стр.7.
19. Стругацкий А., Стругацкий Б. Обитаемый остров. Малыш. – М.:АСТ-ЛТД; СПб.: Terra Fantastica, 1997(серия «Миры братьев Стругацких»), стр.565.
20. Стругацкий А., Стругацкий Б. Град обречённый. Второе нашествие марсиан. - М.: АСТ-ЛТД; СПб.: Terra Fantastica, 1997 (серия "Миры братьев Стругацких"), стр.439.


Другие статьи по теме "Читаем классику":